Автора!!!: Мастер: Аппендикс: Общак:

часть 1 - Четыре... глава 2: Откровения на крыше


"Мочкарёв - правильное пиво!"

(Аксиома Киллера)

 

"О, дайте, дайте мне винтовку!

Я свой аванс сумею искупить!"

(Ария Солоника из оперы "Нежданный гость")

 

1.

Сегодня ей везло. По крайней мере, с погодой. Вообще-то, апрель выдался на удивление ранний. Солнце старательно согревало землю. Снег обиделся на быстрое потепление, заплакал и потек мутными ручьями. Несколько дней воробьи и голуби обалдевали от по-летнему синего неба.

И вдруг, как по заказу - с утра набежали тучки и зависли над городом, не проливаясь дождём. Никаких бликов, солнечных зайчиков - их моментально зафиксирует любой телохранитель, если он не законченный лох, конечно.

В этот раз место для исполнения вообще противное - открытое со всех сторон, окрестности, как на ладони, и солнце постоянно мешает прицелиться: ярким светом - когда клиент выходит утром, густой тенью - когда возвращается вечером. Да, крутые спецы выбирали жильё и составляли распорядок дня для клиента. Всё учли, чтобы обезопасить хозяина.

Худенькая, спортивного сложения девушка замерла на крыше высотки. Основное в её работе - ожидание. Проскользнула мышкой на рабочее место, собрала винтовочку - и лежи, жди, когда клиент назреет. Этот последний - совсем пакостный попался. Третий день она караулила, и всё какие-то досадные сторонние помехи и непредусмотренные обстоятельства. Завтра - крайний срок. Если опять неудача, в клочки разлетится наработанная репутация. Хорошо, если только она, а то ещё и череп - за компанию.

Природа наградила девушку неприметной внешностью, словно изначально готовя к своеобразной профессии. Ей ещё не было и тридцати, а уже опытный и ценный киллер. И не потому, что злая на весь свет или, напротив, бездушная ледышка. Пути человеческие неисповедимы.

На детство и юность Ирине грех было жаловаться. Училась нормально, воспитывалась прилично - бабушка была замечательная, царство ей небесное. Сама много читала и внучке любовь к книгам привила.

В школе Ира была чемпионом области по стрельбе, потом институт, тренерская работа. Когда её воспитанник подстрелил свою одноклассницу - не насмерть, но девочке простреленного уха хватило на пожизненную закомплексованность - было очень много шума.

Ирину с треском выгнали за преступную халатность, отсутствие спортивной этики и плохую воспитательную работу среди вверенных детишек. С таким заключением её уже нигде не принимали по специальности. Долго и бесполезно безработный тренер пыталась что-то кому-то доказать, обивая пороги высоких и не очень учреждений. Обидно было до слёз.

Отчаявшись, Ирина пошла на телепередачу и в идиотской, пахнущей чужим едким потом "маске исповеди", изготовленной, судя по всему, пьяным извращенцем, нагородила такого, что у самой волосы под маской дыбом стояли. Но отступать было поздно, и она несла всё более и более дикую белиберду. А потом вошла в раж и уже вдохновенно вещала о социальной несправедливости, бездушии чиновников, больном обществе, импотенции законников. И договорилась до благородной работы киллера, этакого Робин Гуда, в духе "О, дайте, дайте мне винтовку".

Через неделю после передачи Ирину в её же собственной квартире, выделенной когда-то чемпионке щедрым Спорткомитетом, поджидали бритоголовые ребята. Им без толку было объяснять, да они и не стали слушать, что у Ирины просто было дурацкое настроение, а никак не желание убивать людей, какие бы они нехорошие ни были.

А когда на скромной трёхэтажной дачке солидный лысый дядя ласковым голосом, от которого всё внутри заледенело, предложил девушке конкретную работу за конкретные деньги, отказаться было уже невозможно.

Но Ирина даже наедине с собой отмахивалась от мысли, что спала после первого клиента, на удивление, спокойно.

По иронии судьбы, или по тонкому умыслу лысого, убойный счёт открыл вконец зажравшийся туз из верхушки Спорткомитета, который поставил жирную точку на тренерской карьере Иры. Попросту говоря, именно он обрубил девушке все ниточки к спорту.

А где один жмур спокойно улегся, там и следующие…

 

2.

Ирина:

"Сидит сантехник на крыше.

Он чинит водные лыжи..."

("Бригада С", из спетых песен)

 

Несколько часов уже лежу на этой крыше, свято соблюдая основную заповедь: не расслабляйся, а то…

Сегодня - ровно год как работаю без подстраховки, без напарника. Получается, этот клиент - юбилейный. Надо сделать его с блеском. Три раза дело откладывалось, три раза мешала какая-нибудь мелочь. Мне дали пять дней. Уже четвертый.

Внутренним слухом уловила слабый шорох за спиной. Даже не шорох - шелест. Положив свободную руку на рукоять пистолета, слегка повернула голову и до предела скосила глаза. На ближайшей телевизионной антенне висела громадная летучая мышь. Она внимательно изучала меня. Бррр... Бред.

Зажмурилась до боли. А когда открыла глаза, вместо мыши оказался мужик бомжеватого фасона. Он, конечно, не висел, а скромно, но достойно, стоял возле антенны. Что за чёрт, я же собственноручно намертво закрыла чердачный люк. "Нервы сдают, - была первая мысль, - надолго меня, как киллера, не хватит. Не моё это, не моё", - пронеслось в голове единым духом.

Дальше действовала не я, а автомат, заложенный внутри меня. Пистолет тихонько плюнул - раз, другой, третий.

Не может быть! Расстреляла всю обойму. С пяти шагов. И всё мимо. Без каких-либо последствий для бомжа. Наверное, я ещё сплю. Вот сейчас проснусь и после традиционных утренних умываний, кофепитий пойду на работу.

Снова на мгновенье прикрыла глаза. Мама… мышь... крыша… моя... Пистолет… мой… испытанный… Мужик… целый и невредимый… на самом деле. Всё... Приехали.

Бомж по-прежнему стоял, склонив голову на бок, и вполне дружелюбно смотрел на меня, словно и не заметил покушения на его жизнь. Пока я оценивала ситуацию, пуленепробиваемый мужик вдруг подмигнул, смачно икнул, тряхнул бутылкой в чёрной от грязи руке и хрипло каркнул:

- Разрешите?

Впервые за последний год я растерялась. И не знала, как поступить.

А он, спокойно перешагнув через снайперскую винтовку, подошёл ко мне и уселся рядом. Достал пластмассовый стаканчик, открыл бутылку, благоговейно налил красного пойла и, цедя, со вкусом выпил.

- Тебе не предлагаю, - облизнув губы, проговорил он и хихикнул, - ты на работе, да и ни к чему тебе это.

В моей голове был полный сумбур.

- Ты как сюда попал, мужик?

- С крыши соседнего дома перескочил, - махнул он рукой вправо.

Я мельком глянула в сторону ближайшей высотки. "Сумасшедший", - пронеслось в голове.

- Да ты меня не бойся, - шмыгнул носом бомж. - Я смирный. Вот раньше бывало - да, а сейчас, - он махнул рукой. - Дисциплину соблюдаю. Эх, мне б годков триста скинуть, - и мечтательно закатил красные, наверное, с регулярного перепоя, глаза.

Я обшарила глазами крышу в поисках гильз. Ни одной. А может, кто-то патроны заменил холостыми? Что же, из винтовки его шлепнуть?

В тот же миг этот придурок, словно прочитав мои мысли, пророкотал:

- Это вы зря, барышня, - перешёл он на "вы". - Такая погода замечательная, настроение хорошее, вот, видите, бутылочку достал. А у вас дурное на уме. Что за народ пошёл - чуть что, сразу в морду лица норовят, или, положим, как вы - "шлепнуть". Не ищи ни гильзы, ни пульки, не ищи. Нету их. Где теперь летают, никто не ведает.

- Кто летает?

- Вот трудная барышня! Да бросьте вы голову ломать. Я не Кио-Перфильд, не Акопян даже. Я ж по-доброму, по-простому к вам. Визит вежливости.

Я озадаченно вгляделась в глаза нежданного "визитера". Пронзительные, совсем молодые, никак не вязавшиеся с его внешностью. В самой глубине зрачков вдруг возникли маленькие смерчевые воронки, и меня потащило, потащило… Ощущение стремительности было настолько мощным, что я безотчётно вцепилась в шероховатости покрытия и покрепче упёрлась ногами.

- Смотрю, вы лежите в одиночестве, - продолжал странный бомж, - дай, думаю, составлю компанию.

- Как же ты меня увидел?

- Всяк умеющий видеть, да узрит, - усмехнулся он уголком рта. - Это сейчас я вижу вполовину, а вот лет этак сто назад был орёл. Единым взором пронзал пространства насквозь в биоритме смерча! Вашей винтовочки прицел оптический мне вообще был бы без надобности. Впрочем, мне бы сейчас на курорт, отдохнуть не месячишко, но годик-другой от жизни поганой, может, вернулась бы прежняя сила. Да в моём положении особо не разлетаешься.

- Денег на билет нет?

- Денег, - усмехнулся снова неизвестный, - я бы своим ходом рванул, пешком бы слетал, да разрешения не дадут. Путёвки по блату только.

Я выпучила глаза:

- Мужик, профкомы и месткомы умерли вместе с Совком, какие сейчас путёвки? Были бы деньги…

Бомж снова налил в стаканчик, достал из-под подкладки замызганной кепчонки и уважительно, не спеша, развернул батончик детского гематогена.

- Ух! Чуть не забыл, мировой закусон. Угощайтесь, дама.

Это было уже слишком. Я одурело замотала головой.

- Ну, как изволите. Так вот, если бы всё было так просто, - мужик опрокинул стаканчик в рот. - Такие порядки нынче завели. Попробуй без путёвки заявись - мигом осиновым колом наградят. А жизнь, какая бы она поганая ни была, дороже.

Я, барышня, вам такой жизни не пожелаю. Думаете, мне приятно среди бомжей жить? Хотя, они вроде бы наши люди. И образ мыслей подходящий, и образ жизни - среди людей не светятся, выбирают места потемней, попустынней. Но всё ж не то. Слой грязи вместо крема от солнечных лучей использовать, да и лексикон уродуется…

Опустился я с ними, поиздержался. А всё потому, что последние полсотни лет наш физиологический натюрлих-концепсус стал мне казаться неприличным. Не принято среди нас подобными философиями думать. Такие законы в нашем братстве. Поэтому я - отщепенец среди своих. А как хочется куда-нибудь в колбасный цех, поближе к краковской кровяной, чтобы совесть была абсолютно чиста. Да приличные места все давно заняты. И видок у меня сейчас мало презентабельный. Вот и обитаю в подвальчике, изредка по ночам да в пасмурные дни на крышу вылезаю - воздуха свежего глотнуть. Сегодня вот вообще пирую, - указал он на бутылку, - крайне редко такое удовольствие получаю.

Я была совершенно сбита с толку.

- Слушай, что ты мне голову морочишь? Какие путёвки? Какая колбаса? Какое братство?

Бомж обыденно вздохнул:

- Да, наше - вампирское.

 

3.

Я неловко дёрнулась, нечаянно нажала на курок, и пуля-дура ринулась на волю. Успела лишь подумать, что надо смываться, а мужик вдруг молниеносно рванул в воздух на пару метров от крыши и через секунду вернулся на место.

- Осторожней надо быть, барышня, - укоризненно сказал он, протягивая раскрытую ладонь.

Я ущипнула себя. Полёт бомжа, мог быть галлюцинацией, как следствие нервного перенапряжения. Но пуля, лежавшая на протянутой ладони, реальная, которую можно пощупать - не игра воображения. Я тупо смотрела на смертоносную ещё горячую кроху и ничего не соображала. В голове было пусто, как в трухлявом дупле. Потом туда залетела оса и тоненько зазвенела.

- Эй, эй, девонька, - реактивный мужик замахал рукой перед моими глазами. - Куда упорхнула? Да не пугайся ты. Ну, вампир. Вампир, кстати, не гоблин поганый. Мы тоже люди, хоть и нелюди.

Впервые за долгое время стало страшно. И в то же время никак не верилось в увиденное и услышанное.

Наверное, вся эта гамма чувств отразилось на лице. Потому что собеседник принялся убеждать меня, что он цивилизованный вампир и нисколько не опасен. Потому как, во-первых, на дворе демократия и технический прогресс, а не гнилое средневековье, во-вторых, он находится в чрезвычайно приятном расположении духа, да и законы сдерживают.

В доказательство, что не врёт насчёт своей сущности, вурдалак немного полетал над крышей, обернувшись летучей мышью, заставил потрогать здоровенные клыки, правда, туповатые (от длительного бездействия - объяснил он) и шершавый сверх нормы язык.

Ничего не оставалось, как поверить, что со мной на крыше сидит вампир. Я мысленно начала прощаться с жизнью, спешно прося прощения у осиротевших не без моей помощи детей и овдовевших женщин. Произнеся краткую молитву, обречённо вздохнула. А наблюдавший за мной мужик развеселился.

- Что обмерла?

- Так тебе же положено укусить меня. Вот и кусай. Деваться-то мне некуда. Не тяни, чего там.

Вампир хмыкнул.

- Дитя наивное, ты веришь этим басням? Про кровавые пиршества, смертоносные оргии… Всё это было почти так, как пишут в сегодняшних книжках, если нездоровые сенсации откинуть, да кануло в Лету. А сейчас... - Вампир горестно махнул рукой.

 

4.

"Здесь под желтым солнцем ламп

Не гуляют облака…

Лишь пугает по ночам

Тень Великого Клопа…"

("Пикник", из спетых песен)

 

- Я часто скучаю по тем временам, когда был молод и всесилен. Ну, почти как Бэтломан 007. И гурман, каких уже почти не осталось. Человеческая кровь, она тоже всякая. Если можно позволить себе такое сравнение, то от бульонных кубиков мадам Буль-Буль (надо же иметь наглость так назваться!) до изысканных деликатесов. Это, моя милая, зависит от массы причин - пол, возраст, болезни наследственные и приобретённые. От генетических нюансов до настроения, от степени испуга или предсмертной эйфории клиента, а, значит, и от процентного содержания адреналина, или бета-эндорфина, и даже от времени суток, мадмуазель. Букет встречается ещё тот.

Бывало, ради хорошего экземпляра, обернувшись летучей мышью, перенесёшься за сотни, иногда тысячи светофоров в поисках пусть лёгкого, но обязательно изысканного ужина!

Я не занимался глупостями вроде сворачивания шей, дробления костей, как, например, мужланы-оборотни. Нет, будучи потомком знатного рода, я обладал тонкой душевной организацией. Так сказать, голубая кровь. Куда приятней было очаровать молодую дворяночку и в самый сладострастный момент вонзить левый клык (я - левша) в податливую шею, - вампир застонал от воспоминаний, а я поспешила отодвинуться. - Нет, лучше не вспоминать. Тем более что сейчас аристократы практически перевелись.

Относительно голубой считается кровь гомосексуалистов. Но её нет в достаточном количестве, да и опасен сей напиток в настоящее время. Заразы полно всякой, сами знаете. Мой кузен как-то нарвался на одного с гнилой голубой кровью - теперь на инвалидности, последняя стадия разложения. А всё негры эти из проклятой Африки.

- При чём здесь негры-то? - в очередной раз удивилась я, но на этот раз вслух.

- Негры подарили человечеству две вещи - джаз, потому как им было лень учить нотную грамоту, и СПИД - потому что мыться не любят, - авторитетно разъяснил мне чумазый вурдалак в одной фразе свои нелюбовь к бывшим друзьям бывшего Советского Союза и лично бывшего, ныне покойного генсека. - Кузена жалко, сгнил, как апельсин на овощной базе за зиму. А ведь была семья, работа. Всё прахом…

- Работа? Как вампиры могут работать? Они, как я читала, боятся солнца, не выносят естественного освещения вообще, потому и ведут исключительно ночной образ жизни.

- Деточка, конечно, прямой солнечный свет вреден, вызывает аллергию, зуд - хуже блох для собаки и вшей для солдата. Но есть масса профессий, где можно избежать облучения. Родня моей бывшей жены, например, работает в метро. Рано утром на работу, поздно ночью - с работы, весь день под землей. Удобно. Искусственное освещение нисколько не мешает. Милое дело. В метро многие наши работают. Они и идею развития метрополитена в своё время активно двигали… А ночные сторожа? Вы знаете, сколько в большом городе ночных сторожей?

- Неужели все вампиры?

- Ну, за всех поручиться не могу, но частенько попадаются. Много вурдалаков работает по ночным киоскам... И не надо забывать про ночные казино, клубы, круглосуточные магазины и аптеки. А ночные таксисты? Да среди них практически каждый - вампир.

У меня не умещалось в голове. В большом цивилизованном городе - вампиры, да не штучно - толпами. Нелепость какая.

- Наоборот, - заверил меня собеседник, - в маленьком городе все на виду, все друг друга знают. А большой город многое скрывает.

Мелькнула мысль: "Надо купить машину, пользоваться метро больше не смогу". А с языка сорвался вопрос:

- Но вы же кровопийцы? Как ты можешь так запросто сидеть со мной и не кусаться?

- Опять мимо, красавица. Прошу прощения, за лексикон, нахватался по подвалам да теплотрассам просторечного от соседей. Ежели вы понимаете по-французски, давайте лучше перейдём на этот благородный язык. Нет? Ну, тогда продолжим.

Вампир-кровопийца рано или поздно обращает на себя внимание. Итог обычно печален. Дабы не допустить вымирания рода вампирского, собрались как-то старейшины и после многомесячных дебатов вынесли вердикт: приспосабливаться. Ох, милая барышня, какая была ломка. Переход на свиную кровь и кровезаменители, привыкание к свету, принудительно мирное общение с людьми, многие из которых, поверьте, ничем не лучше самого разнузданного вампира.

По решению Совета старейшин мы разлетелись из укрытий по городам. В каждой крупной точке расселения основался куратор - недремлющее око Совета. Чуть что - кол за поведение. С тех пор так и живём. Мутируем потихоньку. Вы ни разу не видели четырёхлапых голубей? Одноглазых рыб? Двухголовых телят? Девятилепестковых цветков сирени? Не проживали в районе Семилопатинского Гона? И не слышали пока о таком месте в Азиопии? Ничего, скоро услышите. Вот и мы меняемся, как Ка-Горские мутанты.

Нет, от крови никто не откажется, если предложат. Но чтобы, как сейчас говорят, беспредельничать - ночью людей ловить и кровопийствовать - этого нет. За это строго наказывают. Мы же не гаишники из гадюшника ГИБДД. Не нарывалась на такого по темнотище? Вот где страх-то: сам жёлтый весь... и баксики зелёные в глазах... Ещё встречается их синюшная разновидность. Тоже опасные твари. Композитор Мусорской про бесчинства опера Голодунова даже музыку жуткую сочинил.

Мой - хе-хе! - добрый приятель, кол его праху, как-то взбунтовался. Возомнил, что может пойти против Системы, что и сам по себе проживёт, без чьих-то указок. Но это не как с революционерами-профессионалами - неудовлетворение личных амбиций и зависть к чужому богатству высокими идеалами покрывать. Всё гораздо проще оказалось. Жор неукротимый обуял беднягу. Жор и неутолимая жажда.

Несколько ночей подряд успел он выйти на охоту. И вот уже начали в городе поговаривать о жутком маньяке. Ведь что, зараза, делал, чтобы следы замести: отлавливал влюблённую парочку, заставлял парня поставить девице несколько синяков и изобразить изнасилование, а после уж откушивал кровушки. Его выкрутасы проходили как уголовные дела о зверских изнасилованиях на почве умопомешательства. Представьте, кричит потом на следствии очередной бедный юноша: "Это не я, меня вампир заставил"! Если сразу, так сказать, в процессе, не успел, бедный, умом тронуться.

Мне до сих пор, как вспомню, за приятеля стыдно. Но Совет всё же раскусил хитрости этого мерзавца. И отправили злостного нарушителя в Турцию. А уж пакостней Турции, поверьте, места нет, разве только Африка: жарко, чесноком воняет и мускусом, носороги и бегемоты топают - голова болит. Там он и загнулся в скорости.

 

5.

Разоткровенничавшийся (хи-хи!) вампир остановился, чтобы хлебнуть из бутылочки. Причмокнув, снова облизал губы.

- Вот, видишь, - приподнял он бутылку, - премировали меня сегодня. Кровью высокого качества. Такой себя большие чиновники балуют. Это я одному начальнику, из наших, кран починил. Чего брови задрала? Думаешь, все вампиры, как я, ремками рязанскими ходят? Нет, голуба. Если я в жизни ориентир потерял, применения своим способностям не нашёл, не значит, что все такие. Некоторые из вампиров высоко забрались.

Мы своих моментально вычисляем. И скажу тебе по секрету: многие важные люди, так сказать, вершители судеб народа, вылезли из наших, - вампир-сантехник ударил себя в грудь, - низов. Лет сто назад это было практически невозможно - каждый человек знатного рода на виду. Вот как начались мутные времена революций - о, тут-то быдлу масть и пошла козырная - ори громче, да по чужим головам шире шаг! Шире шаг! Шире шаг! Ещё шире! Пока ширинка не расстегнётся... Главное - вовремя соратника по борьбе сожрать, чтобы он тебя не уделал ради собственных шкурных интересов во имя и на благо Родины. Вот такие-то легче всех и приспособились к новым условиям. Быстро сообразили своими плебейскими мозгами, что от них требуется. И попёрли.

Сейчас у них все привилегии. Зато и спокойнее стало - охраняют они свой покой, не дают дисциплине порушиться. Правда, случаются изредка и у нас мелкие катаклизмы по образу и подобию.

Как-то молодые кровососы, начитавшись классиков марксизма, ленинизма и прочих "-измов", решили стать над законом. Объявили себя партией красных, провозгласили свободу Соса. Чтобы сосать, значит, кровушку без зазрения совести, когда приспичило.

Поначалу их всерьёз не приняли. Ну, собираются, размахивают красными флагами, кричат разные глупости. Но когда паршивцы стали наглеть и среди бела дня на людей бросаться - ну, это уже прямая угроза существования нашему роду вообще. Пришлось оперативно принимать крутые меры против своих же.

Тысячи вампиров пришлось тогда извести - бредовые идеи весьма заразны. С тех пор у нас появилась так называемая группа быстрого реагирования. Чтобы в случае чего - раз и вырвали с корнем очаг заразы, чтобы другим неповадно было. Нечего вампиров компрометировать.

Вот так мы и живём, никакой анархии, полный порядок и абсолютная законность…

 

6.

Чувствовалось, что тема социальной несправедливости среди вампиров мужика серьёзно волнует. Разволновавшись, он пару раз прикладывался к горлышку бутылки, забыв и про стаканчик, и про гематоген. Красненькое первой группы, резус отрицательный, уже прилично ударило ему в голову.

Вампир начал менять темы, как уборщица - резиновые перчатки во время "большой помойки" бесконечных коридоров власти. И ко мне стал обращаться то, желая показать свою принадлежность к вампирской интеллигенции, на "вы", то задушевно, но без фамильярности, на "ты".

- Ты вот говорила: какие путёвки? Есть у нас, вампиров свой курорт. Я там частенько раньше сил набирался. Среди вечных льдов ещё наши давние предки построили замечательный комплекс со всеми удобствами. Приедешь туда: красота.

Среди сверкающих под лунным светом льдов веет изумительным холодом. Лежишь в ледяном гробу, высеченном прямо в вековой отполированной глыбе. И знаешь, что вылезешь - а там ночь, полная ночь, долгая. Нервная система отдыхает, силы накапливаются. Это сейчас меня только и хватает - взлететь на крышу. А, бывало, летишь, ловишь ледяные потоки, играешь с ветром. Эх, не понять тебе.

Сейчас на этот курорт просто так не пускают, чтобы, значит, не оскверняли святых мест. Мол, там отдыхал ещё великий вождь Дракула Первый. А сами святые места потихоньку растаскивают, на айсберги распиливают - в них наши бонзы себе мобильные кемпинги строят, ну, типа как супер-яхты ваших миллионеров. Роскошью нафаршируют такой плавучий особняк и наслаждаются жизнью, пока лёд не растает. Кайфуют под крышей фальшивых лозунгов.

Идеология во все времена у всех рас одна - одни производят, другие распределяют и потребляют. Если же я полечу туда пешком, с одышками и передышками, на месте схватят - и в Африку, тьфу на неё. Либо по пути ракетой собьют. А что? Каюсь, только я лично ещё в царские времена пару генералов завампирил - от них, знаешь, сколько кадровых вояк за это время расплодилось? Так они теперь в действующей армии, ни одной горячей точки не пропустят. Частенько кое-кого из них по телевизору наблюдаю. У жильцов - соседей - по вечерам через форточку смотрю. Висеть, правда, приходится вверх лапами, шея устаёт, но ничего - привык. Рожи наши вояки нахлебали - во, - вурдалак развёл руки на ширину плеч, - сытые, апоплексически красные, довольные. Ещё бы, такое место хлебное, то есть кровное. Для них наш закон не писан. Хлебают не литрами - цистернами, в своё удовольствие.

Я слушала, открыв рот.

- Генералы - вампиры?

- Запросто. Я знаю даже одного нашего следователя, мазохист он. Самолично допрашивает с применением запрещённых методов, кровь пускает, слюной исходит, а терпит, наслаждается мучениями, не столько жертвы, сколько своими. Иногда, конечно, не выдержит, урвёт пару глоточков втихую.

Но ты не думай, не все среди нас такие. Есть и спокойные, мирные, даже полезные. Например, наши учёные. Работают себе потихоньку. И людям добро делают, и нам пользу приносят. А ты думаешь, как бы мы жили?

Видела магазины по городу - "Гематоген" все называются? Вот, там мы и отовариваемся кровезаменителем. Наши придумали, головастые, - гордо выпрямился мужик. - Недавно разработали защитный крем, чтобы от прямого солнечного попадания защищаться. Но он жутко дорогой и доступен немногим, только тем, - вампир потыкал пальцем в облачное небо. - Верхним. Да и Дракула с ним, с кремом, пробавляемся и без него.

Вообще, в вашем Мире наших изобретений много. Скажу больше - в вашем языке наших слов предостаточно. Желаете услышать примеры? Пожалуйста - откровение, кровля, сокровище, искушение, искусство, закуска, мЫшление, летучка... А столицу Австрии как наши назвали, помнишь? Вена!!! То-то же!

Да много куда вампир без вреда для организма устроиться может. Есть и весьма престижные места. Например, станция переливания крови. Я не знаю ни одного вампира, у которого бы слюни не текли при одном лишь упоминании об этом замечательном учреждении. Но там, во-первых, нужно современное образование, которого я никак не могу освоить, не потому что глуп, а потомственно ленив, как и положено особе благородного происхождения. Во-вторых, туда ещё устроиться надо. И только через нужных вампиров. А чтобы знать нужных вампиров, надо самому быть нужным. Вот скажи - кому во мне нужда? Разве только соседям-бомжам, когда поговорить придёт охота.

Подцепил я как-то дамочку одну, что на этой станции работала. Вот жизнь была! Жаль - недолго. Прочувствовала мадам своё высокое положение и все выгоды и дала мне от ворот поворот: "От тебя, - сказала, - воняет дешёвым гематогеном, как от козла". И вышла замуж за директора мясокомбината. Тоже вампира. Вот и живут теперь, семейка кровососная.

Встретил её недавно, поглядел и обрадовался, что пронесла судьба эту дамочку мимо меня: весу в ней килограмм двести, морда лоснится, глазки маленькие, как щёлочки. Еле двигается, дышит с трудом, а уж зубом цыкнуть вовсе невмоготу - от ожирения. Оно мне надо?

Вот такой историей любви мужик неожиданно вывел монолог на антракт.

 

7.

Пока вампир хлебал из бутылки остатки высококачественной крови без консервантов, висела тишина. Я что-то пригорюнилась, подперла подбородок кулаком и во все глаза смотрела на мужика. Так жаль мне его было, так жаль. И за незаслуженное звание козла обидно стало. Захлестнул, вовсе мне не свойственный, приступ материнской нежности. Я всхлипнула...

Вампир оторвался от бутылки, потом долго и внимательно меня разглядывал.

- Хотя, ещё раз покаюсь, пришлось и мне однажды нарушить закон, - снова заговорил он. - Правда, мои действия признали правомочными, приравняли к самозащите. Но на душе остался камень размером с Led Zeppelin, или, чтобы тебе понятнее было - со свинцовый дирижабль.

Жена моя бывшая, тоже из дворян, как и я, давно, ещё до той хрюшки со станции переливания крови, сбежала от подвальной жизни - не могла она, привыкшая к самому лучшему, опуститься на дно. Пробовала "На дне" вашего Горького читать - не утешил и не вдохновил. Нашла себе приличного вампира из обстоятельных и создала новую семью. Я жену не винил, даже рад за неё был - какой из меня добытчик. Пусть дочка, хоть и приёмная, но любимая, счастлива будет, а я проживу. Но что-то не заладилось у них.

Оно, вообще-то, понятно. Я раньше таким затейником был. Умел красивую и интересную жизнь в любых условиях обеспечить своей женщине. Она и привыкла к вниманию, разным приятным шуткам и проказам. А новый её муж больно серьёзным оказался. Разошлись они.

Мы с женой поначалу часто виделись. Я дочку на курсы возил. Знаешь, курсы дельтапланеристов? У современных молодых вампиров напрочь отсутствует врождённое чувство полёта. Бывало, превратится такой малолетка-стажёр в мышь летучую, а что дальше делать - не знает. Тогда было решено, чтобы молодые вампиры научились крыльями двигать и летать не боялись, открыть курсы. Чтобы непосвящённые не совали нос в наши дела, установили такие правила приёма, что людям никак не попасть.

Дочка у меня умница, сразу полетела. Помню, взмыла первый раз в воздух без инструктора на дельтаплане, а потом отстегнулась, да как бросилась вниз. Я чуть не поседел от волнения. А она, проказница, на лету мышью обернулась, изящно развернулась и вверх пошла, пошла, пошла. Как летала, загляденье.

Папаша-вурдалак смахнул пьяненькую слезу умиления.

- Что-то я от темы отошёл. И вот недавно нашла меня моя бывшая жена. Вся в слезах, еле добился связного объяснения. Собралась моя дочка замуж. Единственная, мышка моя, - опять всхлипнул мужик, проведя грязным рукавом по глазам.

И продолжил:

- Назначили день торжественной регистрации брака, как положено. Но за неделю до бракосочетания умирает заведующий ЗАГСом. Он тоже наш был. А помер, потому что его жена, стерва, нашла себе молодого вампира и, чтобы извести мужа, подмешивала ему в еду и в питьё святой водицы. Это всё равно, что тебя мышьяком каждый день подкармливать. Там потом расследование назначили. Милиция-то ничего не нашла, но наши догадались, в чём дело. Сгнить бы той гадюке в Африке, да молодой любовник выручил - дармовой кровушкой начальство попоил, отстоял свою бабу. Да и Дракула с ними.

В общем, похоронили заведующего, а на его место простого смертного поставили. Жена с дочерью, к свадьбе готовясь, услышали прогноз погоды на неделю и пришли в ужас: синоптики обещали от тридцати по Цельсию и выше. Это была катастрофа. Девочка под палящим солнцем пойдёт под венец! Она же прямо по дороге в ЗАГС сыпью да язвами покроется. Жена и так, и этак уговаривала нового заведующего отложить свадьбу на неделю. А тот упёрся и ни в какую. Причин, говорит, серьёзных нет. Он же не понимает наших проблем. Попросила меня жена поговорить с этим типом.

Достал я старый парадный костюм, вычистил, вымыться пришлось, и пошёл на поклон. А там сидит тварь полнокровная и слушать меня не желает. Не выдержал я. Вспомнил молодость и как впился - сначала левым клыком да в яремную вену, потом правым. Забытое ощущение. Еле заставил себя оторваться от этой замечательной шеи. Усадил бессознательного заведующего в кресло поудобнее, вытер губы, жду, когда очухается, чтобы поговорить по-свойски. Целый час прождал. И что вы думаете? Укусить-то я его укусил, вампиром-то он стал, но сущность бюрократическая осталась прежней. Упёрся из принципа вредности.

- Вампир мне брат, - кричит, - но циркуляр дороже!

Так и ушёл я, несолоно хлебавши. Хотя, вру, немного хлебнуть успел, - довольно улыбнулся вампир.

- А что же дочка? - спросила я.

- Вышла замуж, как положено. Ошиблись синоптики, - задумчиво изучая на просвет, сколько там осталось в бутылке, ответил вампир. - И про старуху бывает порнуха, - загадочно заключил он и опять приложился к горлышку.

 

8.

Забыв обо всём на свете, я переваривала услышанное.

- Мужик, так у вас, выходит, своё государство в государстве?

Вампир степенно кивнул:

- Истинно так. Вернее, государство над государствами. Во многих странах наши люди занимают ключевые посты. Иначе, думаешь, почему на земле войны до сих пор? Как ни строй из себя цивилизованного, природа-то - она берёт своё. Особенно, если власть дана. Это мы, мелкие сошки, шаг лишний ступить боимся. А начальство особо не стесняется. Но мы на них не обижаемся. Они о нас всё же заботятся.

Вот прикармливают "Ассоциацию стоматологов". Зубы-то у нас заметные, такие не скроешь. А болят без привычного питания и от бездействия, ох, бывает, болят. Тут без дантистов никуда. Вообще, наше сословие врачей уважает. И побаивается. Медкомиссию проходить, обследоваться, какой бы ты ни был начальник, иногда надо. Тут-то и может обнаружиться, что конструкция-то не та. Вот и приходится своих врачей держать, чтобы не болтали. Не делать же их всех вампирами, в самом деле.

- И они молчат?

- А как же, - хмыкнул мужик. - Они понятливые. Кому охота прослыть сумасшедшим?

Я согласно кивнула: никому в жизни не решилась бы рассказать об этой беседе.

Вампир уже приканчивал бутылку и скорбно глядел на остатки.

- Хуже всего, - задумчиво проговорил он, - что есть люди, которые не знают, что они потенциальные вампиры. Им хочется крови, и они мечутся по жизни, совершают разные глупости, а иногда - страшные преступления. Они ужасно страдают, не понимая странностей своего организма. Вы не представляете, сколько их, - вампир, наверное, и сам не заметил, как изменилась его речь, мыслями он был где-то далеко-далеко. - В самом начале вампирского движения появилось много вампиров-одиночек. Они разбрелись по свету и до сих пор не знают о новых законах Братства, о Совете. Кто-то не знает, кто-то не хочет знать. Из-за них-то и продолжают распространяться ужасы о кровожадных вампирах, россказни, корни которых уходят в те далёкие годы, когда в Трансильвании существовало неорганизованное племя вампиров. Да, тогда мы сильно накуролесили. И поверьте, раскаиваемся до сих пор. Мы же не просто так создали свои законы и порядки. Мы осознали и испугались. Испугались самих себя и за себя. В конце концов, нас истребили бы. Но жить хотелось. Тогда пришло понимание. Мы и сейчас ищем своих братьев, потерявшихся в этом мире, чтобы вернуть заблудших овец в присмиревшее стадо.

Повисла долгая пауза. Лоб моего собеседника прорезала глубокая морщина. Вампир гордо смотрел куда-то вдаль, словно забыв, что он теперь бомж из подвала.

- Недавно, - вдруг оживился он, - случился забавный казус.

Мне показалось, что я напал на след собрата, из тех, диких. Я обратил на парня внимание, потому что он живёт в моём доме и ведёт ночной образ жизни. Представляешь, целый день отсиживается в своей берлоге, из дома выходит редко, чаще вечером, в сумерки, иногда он уходит из дома на всю ночь. Возвращается только под утро, уставший, но заметно довольный. Что я мог ещё подумать? Правильно, что это скрытый вампир-одиночка. Чтобы исключить ошибку, я как-то ночью поднялся к его окну, вон там, на пятом этаже, третье слева. И что я услышал? Песню! Песню про… Ну, неважно про что. Хорошую песню. И влетел к нему через раскрытое окно.

Сначала парень меня даже не заметил. Сидел в углу, скрестив ноги и, уставившись куда-то вглубь себя, бренчал на гитаре. Я машинально отметил длинные волосы, напомнившие мне старые времена, и постарался обратить на себя его внимание, обернувшись человеком. Удалось мне это не скоро. Когда же он меня всё-таки увидел, то не особенно и удивился. Просто сказал: "Привет". Представляете?

К сожалению, музыкант оказался простым смертным, но замечательным парнем. Таким замечательным, что мне страшно захотелось укусить его, чтобы пополнить наш славный род ещё одним достойным. Но гитарист был уже ужален - музыкой. Тут уж не до вампиризма, сама понимаешь. А песню он мне всё равно спел…Не всю, правда, парень её ещё не додумал. Э-э-э... как там... жизнь ля-ля-ля... шуби-дуби-дуба... туда-сюда гоняет кровь... Наш человек!

Вампир гордо умолк, прикрыв глаза.

Я хотела спросить про тайную сущность популярных артистов Сосо Запоказнативизабашлидзе и Ихгения Литрамисосяна, но тут где-то внизу хлопнула дверь. Вампир встрепенулся и глянул вниз.

- Вы не его ждали, барышня?

- Кого? - удивилась я.

Свесившись с крыши, хлопнула себя по лбу и простонала, глядя, как долгожданный толстячок усаживает своё мясо с салом в салон автомобиля:

- Господи, снова упустила. Откуда ты взялся на мою голову?

- Пардон, - произнёс мужик, - виноват. Вам его надо было убить? Он вас обидел?

- Это моя работа, - сердито буркнула я. - Я её не сделала.

- Сразу понял, что за работа, - буркнул вурдалак. - В моё время бывало, что девушки убивали своих обидчиков. Но вот работа, как правило, у них была другая. Чаще - дома сидели, детей рожали.

- Работа как работа, а рожать пока не собираюсь - скомкано пробормотала я, и стало как-то неуютно. - Каждый зарабатывает, как может. Другое дело, что кому-то за невыполнение объявляют выговор, а кому-то выписывают льготный билет на тот свет.

Вампир озадачился.

- В смысле?

Меня разозлил его дурацкий вопрос. Надо же, ангелочек выискался, смысла не понимает. Небось, когда кровью человеческой питался, не особо озадачивался смыслом. Да и я хороша: нюни распустила, сопли развесила, впала в маразм средневозрастной домохозяйки. Что за припадок сентиментальности в мелодраматической аранжировке?

- В самом прямом! - рявкнула я. - Придёшь послезавтра к вечеру на мои похороны. Вот только пока не знаю куда.

Вампир склонил голову набок и недоверчиво заглянул мне в глаза. Так мы молча глядели друг на друга несколько минут.

- Это настолько серьёзно? - наконец разродился кровосос очередной глупостью.

Я только вздохнула в ответ. Очень не хотелось пускаться в длинные и пространные объяснения по поводу специфики моей работы. Вампир нахмурился...

Передо мной был уже не бомж, а какой-то английский лорд, крайне озабоченный падением курса его репутации при королевском дворе. Казалось, тягостные раздумья раздирали его изнутри. Сэр сантехник решал какую-то сложную задачу, необычайно важную для него. Гримаса страдания вдруг исказила его лицо, и вампир снова заговорил:

- Не огорчайтесь, милая барышня. Вы так любезно меня выслушали, что я не могу не отблагодарить вас за чудную компанию. Вы же не виноваты, что мне именно сегодня захотелось поговорить по душам. Хоть и будет мне за это на орехи, но я отплачу любезностью за любезность. Ваш… э-э… подопечный должен умереть сегодня?

- В крайнем случае, завтра, - немного смягчилась я под напором вампирского сочувствия, внезапно понимая, куда он клонит.

- Не переживайте, я избавлю вас от вашей… э-э… работы. Но - предупреждаю ваш вопрос - только один раз и только потому как обязан вам приятными минутами общения. Да, у нас уродливая физиология, но мы боремся с этим. А ваша двинутая психика стала для вас нормой. Это не для меня. Такое человеческое мне, извините, чуждо. Поверьте, я могу говорить о цене искр жизни - имею на это право.

Мужик встал, отряхнул сзади поношенные обвисшие брюки, залез грязным кривым пальцем в ухо, наковырял там серы, которую скатал в колбаску, заткнул ей недопитую бутылку и повернулся спиной.

- Постойте, - поторопилась я окликнуть, - как хоть вас зовут?

- Да хоть Федей зови...

- Федя, мы так славно поговорили. Как я могу вас найти?

- Милая дама, это я вас нашёл, не забывайте об этом. И выкиньте из головы мысли о совместном предприятии. Это противоречит моим принципам. А насчёт пообщаться - будет скучно мне, я сам вас найду. Может быть.

Он подошёл к противоположному краю крыши, повернулся уже прежним бомжем и каркнул на прощанье:

- Бывай, голуба! - и камнем ухнул вниз.

Я охнула и подбежала к краю крыши: нереально большая летучая мышь красиво планировала в сторону сквера.

Проваленное в очередной раз задание уже мало занимало мои мысли. Больше волновал вопрос: не спятила ли? Я огляделась. Если и спятила, то очень убедительно. Рядом с моей винтовкой сиротливо лежал пластмассовый стаканчик с красными каплями на стенках. По крыше, между телевизионными антеннами ветром гоняло обёртку от гематогена "Детский".

Ещё мне на память осталась лихо пойманная Федей пуля, которой так и не суждено стало покопаться в мозгах клиента.

 

9.

"Да, жарко шептала моя собеседница, всё ещё не отошедшая от пережитого ужаса. - Я видела эти глаза так близко: горящие красным огнём, манящие. Я слышала его голос: ласковый, зовущий. Я уже ощущала у своей кожи его дыхание: ледяное, мёртвое. Я уже почувствовала на шее прикосновение его клыков: огромных, алчущих. Но в последний момент я очнулась, вышла из транса, куда вверг меня коварный вампир. Я дико закричала и нашла в себе силы перекрестить его. Он зло щёлкнул зубами, обернулся в летучую мышь и попытался атаковать меня. Но я вытащила наружу крестик на цепочке и стойко оборонялась. Это было ужасно, ужасно!

Мы знаем, читатель, эта женщина не первая жертва вампиров наших дней! Мы ждём вас с новыми жуткими повествовании о ваших роковых контактах с вурдалаками. А, может, найдётся смелый вампир, готовый рассказать о нелёгкой жизни этих существ? Мы будем рады опубликовать на страницах нашей газеты любое, даже самое смелое и откровенное, интервью".

Из газеты "Потусторонняя Москва"

10.

В утренних новостях передали, что очередной финансовый магнат найден дома в собственной постели. Банкир был мёртв, бледен и плавал в луже крови, выблеванной неизвестным злоумышленником до последней капли. Федя демонстративно не тронул банкирской кровушки. То ли мне что-то доказывал, то ли на самом деле принципиальный такой.

Милиция разводила руками, судмедэкспертиза пребывала в шоке, охранников жестоко выпороли и уволили без выходного пособия, но с такими мерзкими рекомендациями, что им, бедолагам, светило теперь только на завод, к станку. Я через посредника получила обещанное щедрое вознаграждение плюс премиальные и скупую похвалу за изобретательность.

И вот уже третий день, потерянная, с исковерканными вампирским гуманизмом мозгами, блуждаю вокруг уже знакомой многоэтажки в надежде встретить Федю, чтобы отдать причитающийся ему гонорар. Хотя я сомневаюсь, что он возьмёт эти деньги. Странные они - вампиры.

Но прячься, не прячься, Федя, чувствую венами - мы с тобой ещё встретимся.

 

Нам предъявили счет: