Автора!!!: Мастер: Аппендикс: Общак:

часть 1 - Четыре... глава 9: От Земли до Неба


1.

Ирина:

Я всё правильно рассчитала. Федя не смог мне отказать, потому что, по сути, стал виновником изменений, произошедших в моей жизни. Правда, готовился он немного дольше, чем я ожидала. Сколько же ему, бедолаге, пришлось передумать и перенервничать, прежде чем решиться исполнить мою просьбу.

После разговора с Федей на крыше и до встречи с Шурой каждый день мне давался с огромной мукой. Заново переживала каждое задание, чего раньше никогда не было. И вдруг осознала всю противоестественность своего ремесла. Я - женщина, моё предназначение - дарить жизнь, а не отнимать. По ночам во снах меня стали посещать молчаливые трупы клиентов. Я выбрала самый неудачный способ самовыражения - будь проклят день, когда попёрлась на эту передачу для любителей подглядывать за чужой жизнью в замочную скважину телеэкрана. Лысая гнида Мыльный мгновенно вычислил ситуацию и выписал мне "бесплатный" проездной в один конец, обложил меня со всех сторон, как открытый канализационный колодец красными флажками.

Спасибо, Федя ткнул меня носом в моё же собственное дерьмо. Довершил процесс Шура. Его музыка, его миропонимание, в корне отличающееся от моего. Наверняка он ещё и летает во сне. В мире, где живут такие светлые люди и благородные застенчивые нелюди, презирающие насилие, мне места нет.

Казалось бы, в моём возрасте ещё есть время что-то изменить, начать всё заново, пробудить в себе страсть к жизни, как надеялся Федя. Но каким бетоном залить трещины в психике? Это уже дело безнадёжно немыслимое. Изуродованную память не сделать красавицей. Хищницы из меня уже не вытравить.

Так стоило ли пытаться?

Фёдор подошёл ко мне поздно ночью. Я уже была за зыбкой гранью - на сумрачной территории сна - и слышала вампирских шагов. Он умеет ходить, как мышь - летать. Только когда в шею впился его левый клык (он же левша), я поняла, что время пришло.

Последние мысли в этой жизни - об отсутствии боли. Я заплывала в океан, всё дальше и дальше, мягко качаясь на ласковых волнах. Было тепло и спокойно. Федя сдержал обещание: высосал меня всю до капельки.

Я расплатилась жизнью с этим миром за совершённое мною зло и очистилась, по крайней мере, перед собой. Нетрудно было жить живым мертвецом, не понимая этого. Но осознать себя нежитью стало, наверное, мне самым достойным наказанием.

 

2.

Федя воткнул иглу катетера в вену на шее киллерши и несколько минут смотрел, как жизнь покидает её. Похоже, операция прошла гладко. Один момент - ни к чему девочке видеть своё тело со стороны. Пока ещё она со странностями "вампирской" физиологии разберётся. Будет лучше для дела, если "укушенная" останется в неведении как можно дольше.

Вот можно и отчитываться о проделанной работе. Федя аккуратно завернул тело в парусину, припасённую заранее, взвалил на плечо, придерживая левой рукой, в правую не забыл взять ведро с кровью Ирины (во, нацедилось-то, как с коровы-рекордсменки) и выскользнул во двор.

Если бы кто-то и оказался свидетелем Фединой прогулки, нетрудно заставить очевидца забыть о виденном - свистнул в ухо промодулированной психокодом стандартной суггестивной фабулой в инверсном по магнитуде спектре - и всего делов. Но двор словно ограждал Фёдора от лишних усилий - был тих и пуст. Федя дошёл до угла, оглянулся и исчез.

…Некоторое время спустя неопознанный и никем впоследствии не востребованный женский труп нашли на азиопско-китайской границе в районе Коттон-Карагая. Азиопия… Дикие места, дикие нравы… Им там некогда убийства расследовать - аборигены всё доказывают Миру, что они первыми изобрели джинсуху - у себя в зарослях карагайника. Потому и коттон-карагайцами издавна себя величают...

 

3.

Мужичонка в нечаянно заплёванных брюках ходил вокруг многоэтажек каждый день. Он соорудил себе шалаш в зарослях сквера, в дальнем углу у заброшенного злачного заведения с вывеской "М-Ж", чтобы наблюдать круглые сутки из-за рёшетки ограды - не покажется ли та ночная стерва.

Псих даже выклянчил у "вечно молодого, вечно пьяного" знакомого прапорщика бинокль ночного видения и притаился в засаде.

Не оставляя свой пост ни на минуту, псих-голова-тыквой похудел, постарел и измотался душевно. Зарос грязью и беспрестанно чесался - свинью бы стошнило от его вида. Но сбегать домой помыться не решался, чтобы не пропустить объект выслеживания. Девка не появлялась. Хи-и-и-трая! Он чуял, что стерва должна быть где-то здесь, но, сколько ни искал, сколько ни ждал - "нет её и не было"...

Однажды, совершая ежедневный поисковый пробег по дворам, из дыры подвала одного из домов мужик уловил шелест, показавшийся ему шёпотом. Жаркий такой, словно спорят два человека. Звякнув наручниками, приготовленными для ненавистной девки, псих взял фонарь и спустился в подвальную темень. Ни души, лишь лёгкая светлая тень скользнула мимо него да больно царапнула жёстким крылом по макушке невесть откуда взявшаяся летучая мышь.

Бдительные мамаши нашли подозрительным столь длительное пребывание странного чужого мужчины в сквере, где играют ребятишки. Приехавшая по тревожному сигналу милиция сочла нелишним пригласить его к себе в гости. Правда, псих кричал, что не только ваша служба и опасна и трудна, что он выслеживает девку-оборотня, очень опасную, которая скидывает волосы, как ящерица хвост, как змея кожу. Ну, и много ещё чего такого кричал, ну - псих, откровенный.

Пришлось милиции передоверить явно не своего клиента заботам психиатров. Те выслушали весь этот бред очень внимательно, после чего охотнику за девками-оборотнями в очередной раз была обеспечена бесплатная койка, рядом с беззубым по причине старости графом Дракулой, и безвкусное, но халявное питание три раза в день.

Ни в коем случае не стоит быть слишком откровенным с психиатрами.

 

4.

Наследство Ирины Шура принял с горькой благодарностью. Иры больше нет. И не будет никогда рядом. Впрочем, каждый выбирает свой путь. У неё, похоже, и выбора-то не было... А может, выбор ей и не нужен? Один раз явилась музой автобусной остановки, другой раз - киллершей опальной. Результат-то налицо: новый альбом почти готов. В голове. И деньги на запись в студии Ирина оставила...

Но каждое утро, возвращаясь домой, Шура смотрел на свои окна, надеясь увидеть их распахнутыми, как любила Ира. И почти молил, чтобы она не исчезла бесследно в неведомых далях, а вернулась бы, объяснив своё отсутствие какой-нибудь ерундой.

Иногда музыканту казалось, что он ощущает слабый запах духов исчезнувшей подруги. А вчера утром ему послышался слабый вздох тихо скользнувшей Тени. Всё чаще Шура начал задумываться: а была ли она вообще, странная девчонка, или приснилась ему, чтобы вдохновить на новый альбом?

Вот и сегодня Шура замедлил шаг, чтобы взглянуть на окна. Они были закрыты, тихи и печальны. Чуда в очередной раз не случилось, и Шура медленно пошёл к подъезду.

По боковой аллее лёгкой походкой шла та самая милая и грустная соседка. Заметив Шуру, она издалека помахала ему рукой. Шура приостановился, поджидая.

Едва женщина ступила на тротуар, во двор, снося на ходу мусорные бачки, влетела машина и, не снижая скорости, понеслась на детскую площадку. Автомобиль кидало из стороны в сторону, похоже, водитель был в стельку пьян. Соседка растерялась. Не зная, в какую сторону вильнёт машина, женщина замерла на месте.

Предвидя катастрофу, Шура бросился было к ней, чтобы оттолкнуть, убрать с пути взбесившегося автомобиля. Но внезапно, словно повинуясь чьей-то могучей руке, машина волчком закрутилась на месте. Шура, остолбенев, наблюдал за машиной-юлой. Скоро закружилась голова, и он на минуту прикрыл глаза. А когда открыл, машина мёртво стояла на месте. Передние покрышки были истерзаны в лохмотья и дымились. Оторопевшая соседка недоумённо озиралась, словно в поисках защиты.

Шура подошёл к ней.

- Вы как? Всё нормально?

Женщина слабо улыбнулась.

- Хорошо, спасибо. Я тут на лавочке посижу немного, в себя приду. Ноги подкашиваются. Но вы идите, не беспокойтесь. Я справлюсь.

Шура недоверчиво посмотрел на неё, но спорить не стал. Возвращаясь к подъезду, заглянул в салон машины. Бледный водитель, выпучив глаза, выблевывал остатки дорогого завтрака - в неаппетитной луже отчётливо блестели жемчужины чёрной икры.

Шура открыл дверцу, осторожно, чтобы не испачкаться, вытащил обалдевшего парня из салона и аккуратно впечатал кулак в мясистый нос. Придержал горе-водилу, чтобы не упал, и так же аккуратно посадил туда, откуда взял. Шура во всём любил порядок.

Парень даже не рыпнулся, видимо, приняв удар, как финал аттракциона.

- Ну зачем вы так? - мягко упрекнула Шуру соседка.

- Положено, - сурово отозвался Шура и, сочтя инцидент исчерпанным, пошёл домой.

У самых дверей подъезда он наткнулся на сантехника Фёдора и мельком подумал, что странный мужик - этот Фёдор. Вроде самый что ни на есть опустившийся пролетарий, а есть в нём какое-то несоответствие, ускользающее от чужих взглядов. И сейчас Шура в который раз удивился: Фёдор разговаривал по сотовому телефону. Увидев жильца, сантехник заговорщицки подмигнул. Шура кивнул в ответ, пожал плечами и поднялся к себе.

Чего только не бывает на свете.

 

5.

- Да… да… всё нормально, шеф, задание выполнено. Аналитики сработали на славу. Да, да, клиент готов, не сомневайтесь. Всё в лучшем виде. Как мы и рассчитывали. Рестимуляция творчества проведена успешно. Скоро запоёт, как миленький. Да ещё как запоёт! Пора активизировать Ка-Горскую часть операции...

И у киллерши внушаемость оказалась на уровне расчётной, на хорошем таком уровне. Считает себя укушенной нежитью… А куда она денется? "Куды же ей, бедной, ещё улететь?"… Если не дура, и не дикая, сама нас найдёт. И ещё рада будет любой работе…

Музыкант? Вы не хуже меня знаете эту публику, шеф. Девица уже кажется ему сном, проходным этапом большого творческого пути гения.

Нет-нет, гарантия полная и вечная…

 

Нам предъявили счет: