Автора!!!: Мастер: Аппендикс: Общак:

часть 3 - Два... глава 8: Б.Г.-Бэнд имени сивого Мерлина


1.

Инквизитор:

Первые эксперименты с оплотществлением наша исследовательская группа проводила на себе. Мы вылавливали запоздалых путников, залетали в неприступные замки вельмож и жилища простых людей, совершали набеги на отдалённые селения, разнося повсюду трудно вообразимые мифы и легенды. Такими нашествиями мы убивали двух зайцев: проверяли действие метода и готовили пси-энергетическую базу для массового оплотществления собратьев.

Поначалу трудно было: пока раскачаешь воображение невежественных людей. Первое время самым распространённым был образ привидения. Это мало устраивало - слишком уж эфемерные получались создания. Нужна была стопроцентная плоть.

Не обходилось без казусов. Один из нашей команды узнал, что некая знатная дамочка буквально помешана на драконах. Пробрался ночью в её покои, проник в ночные грёзы, а там - сеньора с драконом амуры крутит. Парень сны считывает и в дракона облачается. До того в раж вошёл, что своим же дымом подавился, закашлялся. Чешуйчатое тело содрогнулось, хвост самопроизвольно ударил об пол - звон пошёл. Дамочка проснулась от грохота и увидела предмет своих тайных мечтаний. Благопристойная и уважаемая сеньора не упала в обморок, не стала звать дурным голосом на помощь. Она кинулась на дракона и начала претворять в жизнь свои фантазии.

Волонтёр опешил от такой прыти, но поддержал порыв дамы. Старался, как мог... Но скоро заметил, что сеньора как-то охладевает. Он удвоил усилия, а дамочка всё холоднее становится. Вдруг оттолкнула дракона и завернулась в какую-то тряпку. Дракон к ней, мол, что же ты? Она только брезгливо отмахнулась:

- Уйди, червяк, разочарованию моему нет предела. Видно, вся сила у тебя в хвост ушла или в головы. Вони много, а толку нет. Мой конюший Дэн посильней тебя, скользкого, будет. Чешуя драконья получается у нас с тобой, а не лямур.

И парень начал таять - так быстро разуверилась сеньора в драконьих чарах. Долго потом у него комплекс был. Но со временем оклемался, когда додумался, что для амурных дел надо входить в образ беса - тут ни одна не откажет. И не останется недовольной - ещё и спасибо скажет, вкусненькое приготовит, чарку вина нальет. Оттуда и пошло выражение - беса ужином тешить.

Но со временем такие промашки случались всё реже и реже. Наработалась целая методика возбуждения человеческой фантазии и правильного подбора образа. Я научу тебя, теперь это просто. Вот тогда приходилось возиться, вычисляя подходящий прототип. Видишь ли, Тень выбирает образ, который более всего соответствует прижизненному характеру. Тщательно и компетентно подобранный образ питает дольше других. Халявные быстро рассыпаются. Представь, что тебе вдруг по вычурной прихоти понравились на завтрак кошачьи консервы... Представила? И как долго ты сможешь обманывать себя, что "вискас" вкусен?

А вот такие символы веры: зелёный змий, липовый цвет коммунизма, НЛО, пожизненно переизбираемый суровый, но справедливый батюшка-президент, ЦК КГБ, Чебурашка... Эти и подобные прототипы веры работают очень массово, эффективно и долго.

 

2.

Когда всё стало ясно и понятно, мы объявили об успешном завершении работы и приступили к оплотществлению собратьев.

Это было время небывалого всплеска суеверий. По миру поползли рассказы о кровожадных вампирах, могущественных и таинственных божествах, страшных монстрах и тому подобной чуши. Людям надо было только намекнуть, чуть подтолкнуть. При желании мы могли бы творить историю. Я думаю, в нашем варианте получилось бы лучше, чем у людей. Тени, обладающие почти неограниченными возможностями, в силах построить идеальный Мир. Впрочем, это тема для отдельного разговора. Но не с тобой.

Наша изобретательность не знала предела. Свои попутные открытия мы внедряли в человеческое общество, двигая прогресс. С развитием цивилизации менялись представления о Мирах и их обитателях. Технологии Оплотществления стремительно приближались к пределу своего совершенства и возможностей.

Как странно, Шура перевоплощается без всяких приспособлений и заклинаний, без физико-химических фокусов и энергетических подъеданий чужой психики. А нам надо обязательно к кому-то присосаться. Невелика честь - стать пиявкой, энергетическим вампиром. О, как глянул!

- ...Казалось, живи и радуйся, - Инквизитор решил не заострять внимание на немом скептицизме Ирины. - В распоряжении Теней бескрайнее пространство Поднебесной Надземки, весь Мир - без границ, плюс искусство воплощения. Но всё хорошо никогда не бывает. Кому-то всегда чего-то будет мало. Как брюзжал в своё время Мао Цзе-Дун: "Слишком хорошо - тоже не хорошо".

Нашёлся и среди нас такой, со всех сторон неудовлетворённый личными амбициями.

 

3.

Когда мы ещё только начинали наши эксперименты с оплотществлением, в числе других добровольцев я опрометчиво пригрел одного - тщеславного, самолюбивого, бездарного, но исполнительного. Он при жизни был слабеньким алхимиком-недоучкой. Какая-то за ним были тёмная история, я особо не вдавался в подробности. То ли он город с лица земли стёр нечаянно, испытывая своё очередное бредовое изобретение. То ли головастиков в пруду потравил, пытаясь получить живую воду из простой. Ходили не подтверждённые слухи о несостоявшейся сделке с дьяволом, которого Алхимик разочаровал своим недалёкоумием, но это уже из области мифологии, подобной нашей, только уровнем повыше. В общем, понял Алхимик, что учёный он никудышный, и со злости выпил новоизобретённый им же самим кислотный коктейль.

Но нам были нужны не только учёные. Практическая наука без администраторов и завхозов - как мазохист без садиста. Составлять планы, проверять и спрашивать по срокам - тоже кому-то надо было. Я организовал работу, но на всё рук не хватало. Помощник был необходим. И я совершил роковую ошибку - избрал Алхимика доверенным лицом.

Какой бы образ ни принимала Тень, вместе с ним она обретала и человеческую сущность. Со всеми вытекающими, включая физиологические, последствиями. Ничего смешного: ни психологию, ни физиологию со счетов не сбросишь. Физиология и спровоцировала. А психология подвела.

Теневое братство обжило свой Мир и стало очеловечивать его. Если раньше Теней держало вместе желание обрести плоть, то потом теневым братством овладели животные порывы - сбиться в стадо под предводительством вожака. Позже этот инстинкт социализмом обозвали. Среди Теней стали появляться свои карьеристы, честолюбцы, политики и прочие гнусные, но естественные фекалии любого общества. Гонки по вертикали власти, интриги, политические игрища. Тут-то мой доверенный Алхимик оказался на своём месте.

Он скоро стал заметной фигурой. Успеха в науках не достиг, но определённую репутацию - близкого к узким кругам - заимел. К заветному трону, видя идеалом собственную диктатуру - на большее его мозгов не хватало - Алхимик двинулся исподволь.

Я не вёл поэтапно хронику прихода Алхимика к власти. Вернее, даже не заметил, как это произошло. У меня была команда учёных "Веры чистой воды". Свобода действий. Необъятность непознанного. Что ещё нужно было для счастья?

Факт правления Алхимика поначалу не слишком огорчил меня. Кто-то должен руководить, почему не он? Но мой бывший завхоз был не так прост. Пока мы витали в облаках исследований, Алхимик объявил государственную монополию на обретение образа. Его приближённые разработали сложную схему получения права на оплотществление.

Наш метод был прост и доступен для каждой Тени. Конечно, подбор образа индивидуален. Но Алхимик довёл этот подбор до абсурда: централизованная процедура сканирования сознания, вычисление образа по административно-ранговой категории, утверждение кандидатуры донора и курсы по эксплуатации объекта, допуск к сдаче экзамена. Дальше - больше: сбор разрешительных подписей, спецпайки, гособеспечение руководства...

Разгорячённый успехом оплотществления, я захотел найти способ максимально стабильного очеловечивания Тени. Этой безумной бациллой я заразил всю свою команду, и мы снова засели за работу.

Дело двигалось с трудом. Бывало, мы уходили от основной темы и, отдыхая, вели отвлечённые научные беседы, спорили, в спорах рождались новые идеи. Одной из таких безумных идей стала "капсула Джафара".

Безумные Тени, не дождавшиеся оплотществления, сильно докучали нам. Попутно с основной темой, решался чисто теоретический вопрос: можно ли уничтожить Тень? Решение казалось практически не возможным - как убить мёртвого, которого физически не существует?

Я всё-таки нашёл способ. Но совсем не там, где искал. Услышав анекдотический триллер про верблюда, упаковавшего несчастного Джафара, понял, на каких принципах можно создать оружие уничтожения Тени. И сотворил, но держал открытие в секрете, изредка тайно избавлял теневой мир от безнадёжно безумных агрессивных собратьев.

Алхимик как-то прознал о моём опасном изобретении. Пришлось открыться ему. Он пожелал сам опробовать "капсулу", не на себе, конечно. "Капсула" и стала той ракетой, на которой он влетел на монарший трон и утвердился.

Нашу команду быстро загнали в рамки. Оказалось, мы двигали науку не туда. Наука должна быть прикладной, а не эфемерно-теоретической. Нас объявили романтиками от науки и ограничили область исследований. Теневая политика и экономика мало отличается от человеческой.

Многие мои коллеги махнули рукой на оплотществление и упорхнули - свободная от образа Тень может преодолевать любые расстояния, проникать в безвоздушное пространство. Перед ними открывался Космос, иные Миры и пространства. Учёным больше ничего не надо было. За ними последовали немногие анархисты. Я с небольшой группой учёных, принявших новые порядки, остался - сам собрал Теней под своё крыло, значит, ответственен за них.

Общество Теней, избавившись от нежелательных элементов, строило своё существование по людским законам. Увидев, что дело идёт к повторению истории человечества - на более высоком и качественно ином уровне развития, однако с моралью и устоями старого мира, я задумался. Зрела во мне одна идея. Ибо я не только о Тенях заботился, но и о человечестве не забывал. Кое-какими соображениями поделился с Алхимиком - через его голову к тому времени уже было не прыгнуть.

Он меня с интересом выслушал. Глаза его загорелись. Поздно понял я, что означал этот блеск. Идея-то Алхимику понравилась. Но возникла альтернатива: либо делить власть со мной, либо… Делиться не хотелось. Хотелось стать властелином в Мире Теней. Моё предложение могло стать привлекательным для всего Теневого общества. Но тогда само понятие абсолютной власти теряло всякий смысл навечно.

Вот тебе и средневековый дед! Да он не на одну Нобелевскую премию тянет! Хотя, как все глобальные изобретения, его открытие вряд ли принесло бы счастье человечеству. По крайней мере, в ближайшие столетия...

А я, получается, сменила шило на мыло. Вернее, Мыльного на шило. Какая разница: в Человеческом Мире "теневики", здесь - Тени. И там власть имущие соки тянут, и эти присосались. Как ещё человечество выжило, непонятно. Там интриги, тут интриги. Везде борьба за власть. Интересно, а есть ли здесь свой Шура?

 

4.

В это время и появился в общине мой ученик, доселе летавший неведомо где. Я уже говорил, что Артур умертвил себя в камере смертников?

Как оказалось, после моего ухода от правосудия братья-инквизиторы взялись за него. Получилось, я, сам того не ведая, послужил причиной гибели самого близкого мне человека.

Артур был выходцем не из простого люда. Его подкинули мне под дверь младенцем в шёлковых пелёнках с вышитым золотом именем. Или какой лорд согрешил с кухаркой, или герцогиня с бравым солдатиком, или просто ребёнок пришёлся не ко двору - я не выяснял.

Поначалу мальчишку и не замечал: нанял кормилицу, нянек (не захотел отдавать его в сиротский приют - всё-таки чувствуешь, что живая душа рядом). Мальчишка вырос и оказался на редкость способным. Я стал уделять ему больше времени. Заметив тягу Артура к знаниям, начал обучать его грамоте. Артур заменял мне сына, я ему - отца. Делился с ним всем: кровом, едой, мыслями, некоторыми открытиями. Но до самого сокровенного не допускал - меньше знаешь, спокойнее спишь.

Сейчас уже понимаю: не так мальчика смерть моя огорчила, как то, что я подверг его опасности. Безвинного, подставил под зубы инквизиции. На допросах Артур презрительно молчал, не снисходя до разговоров с палачами. Это лишь убедило мучителей в его виновности. Артура приговорили к сожжению. В ночь перед казнью он перегрыз себе вены, дабы не доставить удовольствия публичной казни своим мучителям и площадному быдлу.

Боже, страхи-то какие! Подземелья, пыточные, низколобые палачи, раскормленные мясные буйволы - как нынешние штангисты. Кровь на ступенях, измученные люди с вывернутыми руками, с расплющенными пальцами, расплавленный свинец льётся в горло через подобие граммофонной трубы. Хотя, страшнее нынешних криминальных новостей трудно что-то придумать. И в детективах современных изощряются, кто жутче и кровавее придумает.

Нет, это за океаном жизнь, может, и идёт по спирали вверх. А у нас, как омут, суживается да туже закручивается. Впрочем, что мне сейчас там и здесь. Хоть Антарктида. Вот возьму, плюну на всё и в Воду прыгну. Там была не жизнь, и этот Мир дерьмом мазан. Если начнут заставлять участвовать в чьих-то играх - пошлю всех к чёрту. И Терру, и Эйр, и братьев Тенесосов - растворюсь в памяти Воды, вернусь в первобытное естество...

- Что - рецидив суицида? Куда спешишь? Старшего перебиваешь. Невежливо, некрасиво. Ты дослушай, может, не зря я всё это болтаю...

 

5.

Инквизитор:

И Тенью Артур помнил свою обиду на меня, рождённую в застенках инквизиции. Алхимик своими "доверительными" беседами усугубил наш разрыв и раздул эту неприязнь до невероятных размеров - как ни пытался Артур скрывать свои истинные чувства, ненависть лезла наружу. Дружба, равно как и любовь, реставрации не подлежит.

Видимо, по этой причине Алхимик так легко перетянул мальчика на свою сторону. Скоро стали они неразлучны. Только вряд ли Алхимик посвящал мальчишку в свои далеко идущие планы: Артур не способен ударить в спину. Он может вызвать на честную дуэль, но напакостить исподтишка - никогда. Даже, если дело касается меня.

Алхимик всё распланировал заранее. Я говорил, что моё видение Теневого существования устроило бы всех. Тогда мечтам Алхимика о полном единовластии пришёл бы конец. Значит, меня надо было устранить. Тут и капсула Джафара ко времени оказалась.

Только невдомёк было Алхимику, что я уже разработал нейтрализатор. На каждую поп-Арию со временем сыщется противогаз...

Однажды ночью Алхимик внезапно появился в моей опочивальне, сотворившись близ камина. Однако навыки инквизитора ещё не выветрились из меня полностью. Я ощутил лёгкое дуновение сквозняка и тут же насторожился. Осознав присутствие непрошеного гостя, потянулся за нейтрализатором, который всегда держал при себе.

Я успел. Капсула сработала бесшумно: лежавшая рядом со мной Тень в образе прелестной дамы, так ничего и не успевшая понять, стала таять, уменьшаясь в размерах. Когда она съежилась до размеров карманной чёрной дыры, крохотное тёмное пятно на постели облепилось подобием плёнки, которую невозможно ни порвать, ни расплавить. Безвинная Тень была навеки запечатана в "капсулу Джафара".

Я ничем не мог помочь подруге, мощности нейтрализатора едва хватило на меня самого - опытный образец, что поделаешь. Прикинувшись остывающим теплом собственного "тела", я незаметно ушёл сквозь постель, через пол и укрылся в надёжном убежище. Алхимику досталась лишь капсула с запечатанной Тенью моей спутницы. Только благодаря ей я остался существовать. Алхимик не заметил вторую Тень.

Уверенный в своей безопасности и безнаказанности, он до сих пор довольствуется начинкой "капсулы", считая её саркофагом Инквизитора...

 

6.

Там, на острове, экскурс в историю теневого мира Инквизитор проводил мастерски, современные интриганы-политики не обладают и малой долей его красноречия.

Ирина слушала, как увлекательный детективный роман, отмечая, что теория интриги мало изменилась с тех далеких времен. А мотивы и нравы что людей, что Теней, всё так же далеки от совершенства.

Ирина всё реже отвлекалась от речей старика, всё острее ощущала течение времени, смену веков и стремительность развития Мира - то интуитивно, то осознанно, то благодаря быстро развивающемуся воображению. И всем существом вживалась в образы незнакомых людей и Теней.

 

7.

Инквизитор:

Алхимик в ту ночь запаковал ещё нескольких Теней - самых преданных моих товарищей. Их убийцей он объявил меня. Убийцей и предателем братства, использовавшим своё убийственное открытие в корыстных и низменных целях. Сам же Алхимик стал защитником общины от взбесившегося изобретателя. Он показал общему собранию капсулу, где якобы навечно был заточён опасный безумец.

Так Алхимик стал спасителем и отцом родным теневого народа. Набрал команду лизоблюдов, рвущих друг у друга воображаемые портфельчики, и укрепил свою власть. Догадайся, кто стал его правой рукой? Правильно, Артур.

Сначала мне было обидно. Но скоро я сказал себе:

- Пусть живут, как привыкли. Что надо старику - тихое покойное место, простор, свобода. И возможность удовлетворять жажду познания.

Тем более, я уже упоминал, что у меня назревала своя теория Мира. Её тоже надо было усовершенствовать. Кто знает, чем обернётся дальнейшее?

Это теперь я понимаю: не стоило пороть горячку с тотальным оплотществлением теневых масс. Перетерпел бы сотню-другую лет, переломил себя, чтобы целью существования стало постижение информации. И сам бы не искупался в грязи. И Тени остались бы свободными, как раньше.

Я нашёл этот пустынный остров, которого нет ни на одной карте Мира. И устроился здесь. Поверь, лучшее и представить трудно. Для меня, по крайней мере. В моём распоряжении вечность. Я наблюдаю её, постигаю, приручаю.

С вечностью никогда не бывает скучно. Она загадывает загадки, я их решаю. Иногда получается, иногда решение остаётся за пределами моего понимания. Но в этом и есть вся прелесть моего бытия - вечное стремление к неизведанному. Не знаю, существует ли предел потреблению сущего, но до этого предела ещё добраться надо.

Даже Вода из коварной мачехи превратилась в добрую подругу - ей тоже бывает грустно, поверь мне. Вода порядком натерпелась от человечества. Долго ли она ещё выдержит, прежде чем взбунтуется? Предупреждает же людишек вежливо в последние годы - снегопадами летними в тропиках, участившимися цунами, резкой сменой климата, наводнениями, там, где их географически сроду не было. Слеп человек в толпе социума. Не хочет признать существования других Миров, иных Сил...

"Не остаться ли мне на острове вроде секретаря у дедушки-Инквизитора? С таким Учителем не скучно и Вечность провести. С ума сойти, какого умища… э… Тенище. Тишина, спокойствие. Никаких волнений, игрищ. И хрен с тем фактом, что он мои мысли легко читает. Мне что-то скрывать, стыдиться своих деяний при Инквизиторе нет никакого резона. Подружусь с Водой, при помощи старика освою Космос, доберусь до своей любимой звезды, которая с крыши такой недосягаемой казалась. При жизни я тоже уединялась на своём придуманном острове. Но над тем моим островком висел глухой купол реальности. А здесь - простор бесконечности.

Если подумать - Шура тоже живёт на острове. Но он там готовит себя к откровению с людьми. Уединение, чтобы познать и отдать. Господи, какие новые мысли! Где они были раньше? Где была я? Где..? Что?! Ах ты, скромник иезуитский!"

Инквизитор в ответ то ли булькнул, то ли фыркнул:

- Какие вы тёмные… Вот ты говоришь, Артур рассказывал тебе о государстве в государстве. Значит, работают они, что-то делают, может, пользу принесут. Если верить рассказу мальчика, скорее всего, Алхимик, утвердившись во власти, собрал новую команду учёных под своё начало. Правда, я подозреваю - какой ценой. Да-да, наверняка он выбирал самых способных из живущих и доводил их до самоубийства. Гнусно, но практично. Мою-то гвардию Алхимик выкосил начисто. Опять же, наши труды не пропадут даром, получат продолжение. Ведь у Алхимика остались кое-какие наши разработки.

Пусть его - Алхимика. Тяжко бремя, которое он на себя принял добровольно. Хотя я сильно сомневаюсь, что когда-нибудь Алхимик это осмыслит. Предел чиновника - ощущать себя могущественной фигурой. Повелевать. Но куда девать могущество, к чему приложить - выше его понимания.

- А вы знаете? - иронично поинтересовалась Ирина.

- Не смейся, девочка, над такими вещами. Знаю. Мне было откровение. Откровение моего разума. Оно, конечно, не само пришло. Сверху просто так ничего не сваливается. Я понял основное: жизнь человеческая - подготовительный период, стадия, так сказать накопительная. Человеческое общество - большой детский сад. А после смерти начинается то, ради чего люди копили силы и знания. Отсюда, из нашего Мира, начинается настоящее. Я понял причины, ясно вижу следствия. Намерения порождают цель. Мне стал доступен выход. Я бы на самом деле смог осчастливить Мир. Но не буду. Каждый сам должен постичь. Не будем больше об этом.

- Но если Алхимик такая же Тень, как и все остальные, почему он так силён? Ведь, вы говорили, что было немало умных и учёных Теней. Почему он так возвысился? Не только же из-за "капсулы"? Её со временем мог заново изобрести и изготовить и кто-то другой.

- Изготовить... Шутишь? Об этом и думать простым Теням страшно. Те, кто могли - давно в "капсуле" отдыхают. А у нынешних силёнок не хватит.

Кроме того, понимаешь, есть тайное знание, известное только мне и Алхимику...

То, ради чего паршивец меня "уничтожил".

"Вот это, пожалуй, самое интересное из экскурса в историю Теней. Нет, Инквизитор, всё, что ты рассказал, интересно и захватывающе. Но узнавать чьи-то тайны, оказывается, не только людская слабость. Ведь теперь это и меня касается. Я тоже отныне и навеки член Теневого общества. А сплетни про президента"...

Сплетни... Получаешь информацию, можно сказать, из первых рук. Эксклюзив от Генерального Создателя.

"А ваша теория нового Мира? Умерла от старости?"

Я же сказал - теория давно готова. Но любая rewолюция требует практических вливаний - крови, пота, слёз, денег... Мне же ради этого возвращаться в Мир не хочется. Это уже не наука - политика. Пьепьятивнейшая вещь.

 

8.

Так вот, главный секрет могущества Алхимика...

Он сильнее любой Тени за счёт стабильного контакта с долгосрочным донором - "батарейкой". Это самая последняя разработка моей команды.

Контакт этот односторонний. Алхимик, годами не отключаясь, пользуется психоресурсами ничего не подозревающего одного и того же постоянного донора.

Да, любая Тень может материализоваться при помощи доноров, иметь возможность полноценно жить - кратковременно. Но у каждой Тени есть уникальный во времени двойник среди живых. Словно близнец. Если Тень к такому подключается, то даже сердца у них бьются в одном ритме. Только вычисляется "батарейка" непросто. Сложный процесс, кропотливая работа.

Рядовая Тень об этом не знает и знать не должна. Так решил Алхимик. Иначе, каждая бы захотела найти свою "батарейку", и могуществу шефа пришёл бы конец. Формулы расчёта держатся им в строгом секрете. Алхимик и раньше не доверял никому... Не думаю, что сейчас он стал проще.

"Было бы сердце, оно бы забилось, как ненормальное. Да и неизвестно ещё - выдержало бы оно удар такого сообщения? Значит, я тоже могу?… Значит, есть где-то Человек, который… Нет, не хочу… Не хочу знать, не хочу влезать в чью-то голову, в чью-то психику. Ради чего? Ведь вряд ли вмешательство Тени проходит даром для "батарейки".

А что хорошего сделали мне люди, чтобы жалеть их?

Но с другой стороны, кто я такая, чтобы судить их? А, может..?"…

- Думай сама, - откликнулся Инквизитор. - Решишь узнать, посчитаю, укажу твою "батарейку". Вот у Алхимика всегда была личная "батарейка". Первую я рассчитал для него. Ну, очень он просил, давил на чистоту эксперимента. Зато свою "батарейку" я тогда вычислить так и не успел.

Алхимик потому и поторопился покончить со мной. Он один из всех Теней смог реализоваться на полную мощь, во всём своём могуществе. Остальные же, по сути, так и остаются Тенями с некоторыми временными человеческими возможностями.

Я тоже знаю свою "батарейку" - времени-то полно было, но поначалу сил не было. Зацепило меня тогда "капсулой". Долго я не мог элементарно услугами доноров пользоваться. Века ушли на восстановление. И - не нужно мне это стало. Ни доноры, ни "батарейки". Я нашёл свой смысл жизни.

Зато, упражняясь, высчитал все "батарейки" Алхимика. Например, сейчас это должна быть женщина, тридцати шести лет. Русская. Группа крови первая. Что ещё? Родилась в год Крысы под знаком Рыбы. Неудавшийся близнец - её сестрица - даже не успела развиться, "батарейка" задавила её в утробе. Потому безотчётная врождённая тяга к алкоголизму. Неизлечима. Долго не протянет. Года два-три, от силы пять...

А следующую "батарейку" Алхимик должен вытащить из Азиопии - есть такое гнусное место под солнцем. Она пока молода, но уже вступает в подходящий возраст. Значит, Алхимик должен начать за ней охоту, если уже не начал.

Понимаешь, чтобы "батарейка" работала, её надо зарядить - создать оптимальные условия для привязки к себе. Значит, необходимо разыграть такую ситуацию, чтобы "батарейка" уверовала в данную Тень, чтобы тютелька в тютельку состыковались все усики-антенны. Тогда Алхимик присосётся к ней, и будет тянуть соки, пока не высосет до дна. Ни от одной из его "батареек" даже Тени не осталось - всю душу до капельки высасывает. И крошечного облачка глюконов не вылетает из бренных останков "батарейки" после смерти тела.

Могу назвать город, где новая "батарейка" Алхимика живёт - Ка-Горск. Хотя, скорее всего, она уже на пути к будущему хозяину. Сейчас ей пятнадцать лет должно быть, даже имя скажу, - с чувством превосходства заявил старик. - Дарья.

"Дарья? В смысле - Даша? Вы сказали - Даша? Подождите, от этого имени тянется цепочка к прошлому. Но - куда? Стоп… Дарья… Даша… Шура!?"

 

9.

Связав воедино возраст, имя, азиопский Ка-Горск и прочие факты, Ирина встревожилась не на шутку.

Инквизитор вяло отговаривал подопечную.

- Тяжкая это доля - быть ангелом-хранителем, - вздыхал он. - Тебе оно надо - в это мутное и опасное дело ввязываться...

Ирина не просто хотела - рвалась в бой. Чтобы спасти Шуру от грядущей трагедии, она готова была распылить алхимиков, артуров-хренотуров и прочих протухших дерьмецов, посмевших встать на Шурином пути.

Инквизитор остудил безумные порывы новообращённой Тени, доказав, что голым сознанием она не своюет с мастерами злокозненности.

Ирина покинула остров, вооружённая терабайтами бесценной информации: многовековыми знаниями, намертво вдолбленными в сознание, и благословлением умудрённого горьким опытом Инквизитора.

 

10.

…Ирина, улетев мыслями в древнюю историю Теней, спохватилась лишь перед дверями института. И выругала себя. Придётся вычищать сознание, чтобы предстать перед "Федей-Артуром" дура-дурой. Ирина зашла за угол, чтобы не испугать прохожих своим внезапным исчезновением, сосредоточилась, остановила дыхание и работу сердца и начала таять. Инквизитор всё предусмотрел, словно заранее знал, что ей понадобится, какие знания и навыки пригодятся. Вот умище-то у кого! Его бы в Мир вытащить, Учителем теневым сделать. Да только, ему это надо?

Минут через пятнадцать, уже прозрачной, невидимой человеческому глазу Тенью, взмыла в воздух. Достигла третьего этажа и просочилась в крохотные зазоры между тонированными стеклами и рамой. Случайная свидетельница - оконная муха - впала в оцепенение, да так и не оправилась от шока. Не успела - воробей склевал.

 

Нам предъявили счет: