Автора!!!: Мастер: Аппендикс: Общак:

часть 5 - Фугази! глава 7: Всё это - рок-н-ролл?


1.

"По улице жмуром несут Абрама

И тащится за ящиком семья…"

(А. Розенбаум, из личных наблюдений?)

 

Шуре снились похороны.

Его собственные...

...День-то какой хороший. Ясный, солнечный.

С любопытством наблюдая сверху за похоронной процессией, Шура недоумевал: какая куча народа собралась, чтобы закопать его опустевшее тело-оболочку.

 

Змеёю скорбной

Печально на погост

Ползёт в слезах и в мрачно-чёрном

За гробом, извиваясь, хвост...

("Куча Любви", реИнкарнации)

 

Ну, понятно: Нине - по статусу вдовы положено поскорбеть. Искренне плачет?! Хороший был? Нина, да у тебя шок. Или на самом деле, все гадости бытия настолько мелки, что теряются перед лицом смерти?

Даша, опухшая от слёз... - не реви, дочка, если любишь меня. Ты остаёшься, чтобы жить за себя и за того папу. Помни об этом.

Угрюмый Капончик за Дашиной спиной - имеет право быть.

А вот Петрович, коллеги-музыканты... Сколько ругались, цапались, готовы были разорвать друг друга на части. Казалось, до ненависти дошло. И вот - пришли же.

Ксюша - тоже не посторонняя на траурной церемонии имени Шуры. Её прилично потряхивает после весёлой ночки. Тем не менее, как-то нашла в себе силы - приползла помянуть.

Даже старый ка-горский друг приехал. Он уже давно где-то за границей живёт. Эй, приятель, не грусти. Меня не вернуть. И Бог со мной. Утешь мою вдову, видишь - ей действительно плохо. Ты же любил её когда-то. Благословляю вас, хорошие мои. Жизнь не остановилась с моим уходом-восхождением.

Но как много смутно знакомых лиц. Совсем не знакомых. И ведь не прикидываются - действительно скорбят! Переживают! Неужели надо умереть, чтобы понять, сколько людей тебя любят? И чтобы они сами поняли...

Отец Даниил сеет среди присутствующих туман иллюзий, размахивая кадилом.

Псих какой-то сидит на дереве, в бинокль подглядывает. Чего интересного для себя нашёл?

Отпевают... Красиво поют, стройно, черти церковные.

Благословляю вас всех: жить, радоваться друг другу. Любому дню, каким бы мерзким он ни казался. Нет плохих дней. Живите настоящим.

Забивают...

Известный поэт с летальной фамилией, удивительно созвучной происходящему на кладбище, читает свои стихи. Талантливо пишет, но зачем же декламировать с таким привыванием? Впрочем, это беда практически всех поэтов. Прислушайся к музыкальному ритму "серебряных молоточков", вгоняющих многоточие гвоздей в крышку гроба моего.

Зарывают...

Эй, вы, там - внизу! Снимите эти скорбные лица. Смерти нет. Уберите Шопена, музыканты всё равно с утра пьяные - включите меня. Я вам спою. Это неправда, что меня уже не будет.

Забывают...

Не слышите, ну и F.Z. с вами. Оставайтесь и живите, как привыкли. Всё равно я всех вас люблю. Приятного аппетита на поминках. Водочкой только не злоупотребляйте - берегите себя друг для друга.

А мне пора в начало. Меня ждут. Вперёд, прямо на эти искры любви, что призывно мерцают из Космоса.

Адью.

 

2.

"…А Любовь - это просто метод вернуться домой…"

("Аквариум", из спетых песен)

 

Он проснулся - как включился.

Рывком вскочил. Зевая, потянулся. Выглянул в окно. Солнце, небо чистое, птички поют. Хорошо!

Голова, болевшая ночью так сильно, что своим треском распугала все Сны, успокоилась.

Утреннее пробуждение зачастую коварно - иногда напрочь вычёркивает сновидения из памяти, но оставляет тающий след нереальных образов. Хотелось сохранить в памяти исчезающую дымку этих странных ощущений после пробуждения... Такие непривычные, аж дух захватывало. А отчего - непонятно.

- Вау... - с неясным томлением подумал он.

Откуда это предчувствие перемен? Светлых перемен - вот тут сомнений не было.

Зазвонил телефон, дзинькая на сильные доли вызова и дрынькая на слабые. Послышались торопливые шаги.

- Господи, как не вовремя - у меня руки заняты!

Улыбнулся. Она дома. Любимая, главная в жизни. Ну, почти главная. Не обижайся. Прикрыл глаза - мол, ещё сплю. К разговору прислушивался, затаив дыхание, боясь пошевелиться...

- Алло. Его пока ещё нет, но скоро будет. Вы говорите, я передам. Или приходите - не пожалеете. У нас сегодня день открытых Дверей.

Не понял... Кто прибудет? Кого она ждёт? Гости - это всегда хорошо. Когда много народу - весело.

- Где тут кнопка громкой связи? Ага, нашла.

- В связи с чем?

- Нет, это мне трубку неудобно было держать. Говорите.

- Борис Волков беспокоит.

- Волков... Волков - это нам не Зайцев, - задумчиво проговорила она.

- Простите?..

- Прошу прощения, я не то хотела сказать. Э-э...

- Не напрягайтесь, - засмеялся баритон. - Вы не обязаны знать всех кинопродюсеров Москвы. У меня как бы интересное предложение. Тут одна книга любопытная скоро допишется... Хотелось бы одну из ключевых ролей обсудить...

- Даже так? Действительно, интересно... Да вы приходите. Всё и обсудите. Договорились?

Договорились. Только она положила трубку, телефон тут же заверещал, словно от боли.

- Да!

Что сегодня - прорррвало?

- Привет!

- Ксюха! Жива? А говорили... передозировка...

- Ты гонишь... Крыша на месте? - поинтересовалась Ксюша после долгого молчания.

- Ксюша, извини, я сегодня действительно несколько не в себе. У нас праздник намечается. Такое событие...

- Поняла, не дура. Ну, привет.

Всё? Звонки закончились? Правильно, не надо трубку на рычаги, лучше рядом положить, чтобы не лезли всякие, не отвлекали. А запах! С кухни вкуснятиной-то как потянуло. Вот теперь можно и выходить. С по-тя-гууу-шечками.

Он зашёл в кухню, жадно попил воды из любимой чашки с ёжиком-панком на боку. И уселся напротив женщины - младшего божества - уставился на неё с молчаливым обожанием.

- Проснулся, лапушка? Доброе утро. Идём поцелуемся.

Подошёл к хозяйке, легко поднял тяжёлое тело на задние лапы, положив передние ей на плечи. Лизнул в подставленный для поцелуя нос. Заглянул в глаза, прочёл там то же нетерпеливо-радостное ожидание, что и его самого будоражило с момента просыпания.

- Привет, мой хороший!

Черный пёс вильнул обрубком хвоста.

- Да, малыш, папа скоро придёт. Я чувствую - он приближается. Ты тоже? Умница. Теперь всё будет хорошо, я знаю. Посмотри - я табличку заказала в мастерской к его прибытию. Уже и повесила.

Проследив за кивком мамочки, Пёс упёрся взглядом в угол возле холодильника. Там, на уровне батареи сияюще блестела металлическая табличка с искусно выгравированной надписью:

 

[ MАСТЕРСКАЯ UЛЛЮЗИЙ ]

 

- Нравится?

Пёс снова лизнул хозяйку и вильнул хвостом.

- Мне тоже. Вот он придёт, и мы устроим праздник. День Открытых Дверей. Или День Рождения? Как тебе кажется правильнее?

Пёс и хозяйка то ли задумались - что лучше, то ли - прислушались.

- Ты слышишь? Ты тоже слышишь?!

Пёс недоумённо вскинул глаза.

- Да, папа изменился. Он другой. Но не хуже прежнего, поверь мне. Ты сам в этом убедишься. Беги же, встречай хозяина!

Пёс кинулся на дверь, распахнул её мощным ударом лап и бросился в проём. Она, помедлив, пошла следом.

От сквозняка, рванувшегося из квартиры через открытую дверь, отворилось окно. Рама стукнула по музыкальной шкатулке, стоявшей на подоконнике. Крышка шкатулки плавно поехала вверх, выпуская на волю песню:

 

...Сияя серебром улыбки,

Музыкой чистых мыслей

Его встречает Чёрный Пёс.

Они идут вдвоём...

Идут вдвоём дорогой зыбкой,

Мощёной светом лунных бликов,

Среди великих светлых ликов,

К границам Вечности и звёзд.

Да! Да!

К началу Вечности и звёзд...

К началу звёзд...

К Началу...

("Куча любви", реИнкарнации)

 

КОНЕЦ?

 

Ка-Горск - НовоСимбирск - СвиноГрадово - Скунсцево - Попалиха...

Конец II тысячелетия н. э. - Начало III тысячелетия н. э.

Нам предъявили счет: